Понедельник, 24 июня, 2024
Интервью

Владимир Шабардин: «С такой работой на семью времени не хватает»

Деятельность детского омбудсмена не так широко известна вятской публике, как работа, например, чиновников областной или городской администрации. Однако она является не менее значимой. Тем более что вопросы защиты детей от вредной информации, от противоправных действий, розыска пропавших подростков и другие часто поднимаются как на региональном, так и на федеральном уровне достаточно часто.

О том, что происходит в сфере защиты детей в нашей области, мы попросили рассказать регионального уполномоченного по правам ребёнка Владимира Шабардина.

– Каким для вас был прошедший год? Каковы его итоги?

– Официальные итоги мы ещё не подводили. Не до этого было. Всю последнюю предновогоднюю неделю ездил по районам области. Занят был до такой степени, что о Новом годе вспомнил лишь тогда, когда в одной из школ девочки спросили, как я буду отмечать Новый год. Могу лишь сказать, что за прошедший год количество жалоб и обращений выросло значительно. Но все же об отдельных знаковых моментах уходящего года можно рассказать.

Первое, что хотелось бы отметить, – в ушедшем году, после двухлетней подготовительной работы, начала свою деятельность служба ранней помощи. Идея её создания возникла на основе изучения опыта других регионов России, в частности Санкт-Петербурга и Улан-Удэ. Хотя стоит заметить, что количество субъектов РФ, где она существует, можно пересчитать на пальцах одной руки.

Это совместный проект с министерством здравоохранения, которое откликнулось на нашу инициативу по её созданию. Служба призвана работать с малышами в возрасте от рождения до трёх лет, имеющими отклонения в развитии, либо находящимися в группе риска. При её создании мы исходили из того, что доля таких детей ежегодно растёт, и чем раньше начнётся работа с ними, тем больше шансов на их реабилитацию. При этом мы полагаемся не только на чисто медицинскую помощь таким малышам, но и на участие в работе с ними психологов, логопедов и других специалистов. Во многом всё это должно помочь в решении проблемы социального сиротства. Тем более что службой ранней помощи ведётся работа не только с детьми, но и с родителями, у которых таким образом появляется шанс поддержать друг друга и поделиться своим опытом преодоления трудных ситуаций.

В будущем, как мы надеемся, под опекой службы будут находиться не только дети с отклонениями в развитии, но также из семей, где родители страдают алкогольной и наркотической зависимостью.

Для того чтобы работа службы была не только эффективной, но и удобной для родителей, мы совместно с министерством здравоохранения долго подбирали помещение. Первоначальные варианты нас не совсем устраивали, так как разного рода специалисты базировались в нескольких местах города. Это создало бы трудности для родителей, которым пришлось бы ездить с одного конца города на другой. Поэтому в конечном счете мы остановились на помещении рядом с профилакторием «АВИТЕК», на Северной набережной. Там нашлись кабинеты для всех нужных специалистов, а кроме того, имеются бассейн, физиокабинет и другие необходимые службы. Поэтому могу сказать, что мои надежды на создание эффективной службы ранней помощи оправдались более чем на 100%. И сегодня я с гордостью могу сказать, что наша служба, во всяком случае по своему оснащению, – одна из лучших в России, если не самая лучшая.

Ещё одним событием, которое произошло в 2015 году и которое имеет также длительную предысторию, стала передача детских домов и школ-интернатов с муниципального на региональный уровень. До этого года мы оставались практически единственным регионом, где эти детские учреждения находились в ведении органов местного самоуправления. Такое положение создавало много проблем, так как дети туда попадали из разных районов, а отвечал за них только один. Понятно, что даже несмотря на областные субвенции, у местных чиновников не всегда была заинтересованность в работе с иногородними детьми. И вот, наконец, с 1 января 2016 года все школы-интернаты и детские дома переходят в ведение области.

Другим направлением, которым мы плотно занимались в прошедшем году, стало развитие творческого потенциала детей, попавших в сложную жизненную ситуацию. А началось всё с того, что для Сосновской школы-интерната для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей в Вятскополянском районе года два назад мы выделили полный комплект музыкальных инструментов. Нашлись и волонтёры, которые стали заниматься с ребятами. Так родился проект «Право на творчество», а юные музыканты из Сосновки завоевали сердца детских омбудсменов, выступив в октябре этого года на всероссийском съезде в Пскове. Можно сказать, что ребята произвели своим выступлением фурор, а сам проект вышел на всероссийский уровень. Даже Павел Астахов в своём Твиттере разместил заметки о сосновских музыкантах.

Сегодня «Право на творчество» расширяет свою географию. Мы уже направили в другие детдома области ещё восемь комплектов музыкальных инструментов, в частности в Сосновку, Тужу, Советск, Спицыно и Киров. Интересно, что один из них будет передан Советской школе-интернату, где учатся дети с нарушениями слуха. Когда мы обсуждали, пригодятся ли этим ребятам музыкальные инструменты, выяснилось, что они будут не только востребованы, но и помогут в реабилитации подростков.

Кроме того, вместе с радио «Эхо Москвы в Кирове» мы начали помимо музыкального направления развивать фототворчество и велоспорт, а фонд «Форотех», получивший областной грант, готов заняться с детьми керамикой.

Владимир Шабардин: «С такой работой на семью времени не хватает»

– Вы сказали, что все эти направления вашей деятельности развиваются уже не первый год. А что-то новое появилось в этом году?

– Да. В этом году мы начали работу по предотвращению суицидов среди несовершеннолетних, в частности повторных попыток таковых. Вы сами знаете, что проблема эта стоит остро. Да и причины суицидальных действий подростков переросли традиционные конфликты в семье, школе и на межличностном уровне. Появились целые группы в интернете, где это обсуждается и пропагандируется. К тому же работа с суицидниками касается сразу нескольких ведомств – от медиков до следственных органов. И у каждого из этих ведомств своя статистика и свои подходы к профилактике. Поэтому по нашей инициативе была создана рабочая группа, в которую вошли представители всех заинтересованных органов. Сегодня ею подготовлен пакет документов, разработаны методики и ведётся регулярная работа по каждому случаю.

– В вашем аккаунте на Фейсбуке размещён фотоотчёт о поездке на Дальний Восток. Зачем вы туда ездили и каковы ваши впечатления от поездки?

– Во Владивосток меня пригласили коллеги из местного управления МВД. Там проходила всероссийская научно-практическая конференция, организованная МВД РФ. От западных регионов России мы были там вдвоём вместе с коллегой из Башкортостана и рассказывали об опыте межведомственного взаимодействия. Но мы используем такие поездки не столько для докладов о наших достижениях, сколько для ознакомления с опытом других регионов. В частности, мы посетили ряд детских учреждений Владивостока, таких, как центр временного содержания несовершеннолетних, социально-реабилитационные центры. Интересным и новым для нас оказалось использование в работе с детьми собак. Там даже на стенде «Наши сотрудники» размещено фото собаки. Понятно, что для такой работы созданы соответствующие методики, а ребята при общении с животным находятся в сопровождении психолога. Но такого у нас нет, и этот опыт достоин изучения.

– Ранее вы говорили, что ваши наработки в области ограждения детей от вредной информации в интернете были отмечены на федеральном уровне. Сегодня правительство РФ приняло Концепцию информационной безопасности детей. Вошло ли что-либо из предложенного вами в эту концепцию?

– Нет, не вошло. Более того, мы обсуждали этот документ с детскими омбудсменами из других регионов и пришли к выводу, что он принят в «сыром» варианте. Будем надеяться, что в дальнейшем в концепцию будут внесены правки, учитывающие мнение и опыт региональных представителей.

– В декабре вам был вручён диплом областной премии «Юрист года» в номинации «Правозащитная деятельность». Это дань уважения к вашей должности или вашей деятельности?

– Не знаю. Об этом лучше спросить у жюри. Однако не скажу, что мне это было неприятно. Тем более что в зале, где вручались награды, присутствовали люди, с которыми я учился, а также мои учителя. Впрочем, этот год в целом для меня был «урожайным» на награды. Кроме диплома, я был награждён медалями Следственного комитета и Службы судебных приставов. Медаль ФССП вообще стала первой моей наградой в жизни.

– У вас очень плотный график работы. А на семью время остаётся?

– Остаётся, но этого явно недостаточно. И если жена и дочь, которая заканчивает 11 класс, с пониманием относятся к тому, что я редко бываю свободен, то для сына, который считает праздником, когда я отвожу его в школу, хотелось бы иметь больше времени на общение.

Яндекс.Метрика